Четверг, 10 Март 2011 13:58

Пятьдесят четыре дня

Она была необычной. Необычной ровно настолько, чтобы это бросалось в глаза лишь людям, умеющим задумываться. Внушительной длины каблуки несли по мокрому и слякотному асфальту высокую, словно устремлённую ввысь фигуру.

«Двадцать пять, - подумал он. Заново оценил поворот головы, небрежное движение, которым девушка поправила сумку. – Тридцать», - поправился.

Второй вариант был даже лучше. Если ей уже исполнилось тридцать, а мужчины рядом нет – значит, у него есть шанс.

Рост его не пугал. Природа его самого не обделила внушительным ростом и разворотом плеч.

Нужно было решаться. Ему уже надоело идти следом за девушкой, изучая её со спины.

Подумать только – что с ним творится? Взгляд, брошенный искоса и исподлобья в его сторону, зацепил так, что он впервые в жизни изменил своему маршруту. Без единой мысли в голове Пётр круто развернулся, после чего зашагал на приличествующем ситуации расстоянии от незнакомки.

Так одеться ещё нужно уметь… Джинсы, которые на ней были, сейчас можно купить в любом «Манго» или «Эспри». Пальто с закосом «под мундир». Высокие сапоги… Всё это превращалось на её фигуре в неповторимый ансамбль.

«Хватит», - подумал он, обогнал её, заглянул в лицо.

- Вы… не подскажете время?

Из-под рукава дублёнки цвета варёного сгущенного молока предательски блестели дорогие часы.

Девушка усмехнулась.

Остановившись, она перебросила сумку, болтавшуюся сбоку, на живот. Вжикнула расстёгиваемая молния. Из недр сумки был извлечён мобильник.

- Пять пятнадцать.

- Спасибо…

Она двинулась дальше, не обращая на него ни малейшего внимания.

Пётр шёл рядом, не отставая ни на шаг.

- Простите, как вас зовут?

- Аглая, - бросила равнодушно девушка. У обладательницы зелёного мобильника оказались тёмно-карие глаза. – Только что это вам даст?

- Простите?

- Я не знакомлюсь на улицах. И в общественном транспорте.

- Я тоже, - признался Пётр, сопроводив слова смешком, - но дело в том, что…

- Тогда всего хорошего!

- Пожалуйста, подождите. Я прошу уделить мне всего несколько минут.

И снова этот сокрушительный взгляд – заинтересованности в нём было не больше, чем если бы Аглая смотрела на телеграфный столб.

Внезапно она остановилась как вкопанная. От неожиданности Пётр тоже замер, и на него тут же налетела парочка прохожих. Он переместился к витрине, сияющей от новогодней гирлянды.

- Слушаю.

- Только не подумайте, будто я – пикапер, - взмолился он. – Сам терпеть не могу спонтанные знакомства. Видите, я честен. Но на меня давно никто не производил подобного впечатления. Ощущение как из юности… Просто не мог отпустить вас так. Город-миллионник, тысячи людей ежедневно сталкиваются друг с другом на улицах, чтобы больше никогда не увидеться… Я должен был использовать этот шанс. Хотя бы имя…

Аглая насмешливо смотрела на своего собеседника.

- Ну? И что это дало вам? Сейчас будете просить о свидании. Какая музыка нравится, в каких странах предпочитаю отдыхать, сколько у меня братьев и сестёр… Я давным-давно выросла из возраста, когда верила в то, что именно обладание подобной информацией делает людей ближе друг к другу.

- А что делает, по-вашему?

- Искра, - со значением произнесла Аглая, - стечение обстоятельств… Мне надо идти. Простите.

- Вы торопитесь? Назначьте любое время…

- Я не тороплюсь. Моё время принадлежит только мне.

Они стояли в двадцати метрах от входа в кофейню. Ярко светилась оранжевым кружка на вывеске. Пётр хватался за соломинку.

- Если вы никуда не спешите, если вас никто не ждёт… Пожалуйста, по чашке кофе.

Он себя не узнавал. Ему не приходилось выступать в роли просителя. Пожалуй, сейчас он даже жалел о том, что не владел хотя бы элементарными приёмами пикапа. Удивить, обескуражить, заставить поддаться порыву… И он не мог ронять своё достоинство перед женщиной. Перед любой – даже той, что слишком нравится…

- Хорошо, - внезапно сжалилась Аглая, - час. Не больше.

Столик оказался в самом дальнем углу, туда почти не долетали табачный дым и разговоры. Аглая заказала блинчики, салат, суп, двойной каппучино.

- Я заплачу, - проинформировала она; вероятно, ей почудилось беспокойство на лице Петра.

- Не нужно. Я сам.

- У меня есть деньги.

- У тебя есть деньги, есть время… Есть что-то, чего у тебя нет?

Она пожала плечами. Кажется, её нисколько не волновало стороннее мнение о её персоне.

Заказ принесли в мгновение ока. Но спустя сорок минут Аглая всё ещё ела. Пётр бомбардировал её вопросами. Аглая то и дело отрывалась от своего супа для очередного ответа. В какой-то момент она уточнила:

- Ты уверен, что хочешь всё это знать?

- Если ты не любишь делиться с первым встречным…

- В этом нет никакого секрета. Это всего лишь информация обо мне. Просто вряд ли это изменит хоть что-то… то, что ты будешь знать.

Аглая жила в собственной квартире. Аглаю никто не ждал: её друг был в командировке. На завтрашний день девушка запланировала пижамную вечеринку с глинтвейном, яблочными пончиками и десятью приглашёнными.

- Откуда у тебя столько времени?

- У меня свободный график.

- Кем ты работаешь?

Небрежное пожатие плечами, лёгкое движение тонких пальцев – заправить прядь волос за ухо…

- Пишу.

- Что?

- По настроению. Книги, эссе, статьи…

- И как? Публикуют?

- Время от времени.

- Хочешь убедить меня в том, что на это можно жить?

Аглая не выглядела как человек, ухаживающий за собой в рамках скромного бюджета.

- Главное – желание. И потом, я ведь не одна…

Ах да. Да… чёрт. Она ведь упоминала о своём друге. Но в свои тридцать пять Пётр хорошо понимал, что нет по-настоящему незаменимых людей. Редкая женщина не способна сдаться под бурным натиском. Возможен вариант: ненавязчиво мягкое, постоянное внимание… И красивое ухаживание. Красивое настолько же, насколько щедрое.

Любая женщина хочет чувствовать себя исключительной. Желанной.

Беда была в том, что, похоже, Аглая и без его стараний чувствовала себя исключительной.

Удивительная самодостаточность.

За всё время, что они провели в кофейне, она не задала Петру ни единого вопроса о нём самом.

Он почти пришёл в отчаяние. Надежды не было. В кои-то веки повезло встретить женщину настолько же умную, насколько и красивую… Как это звучало в пошлом анекдоте? Я встретил идеальную женщину, но она была в поисках идеального мужчины. Пётр подумал почти со злостью: я – завидная партия, другая пришла бы в восторг от внезапной романтики, да хотя бы от приключения… Но Аглае, похоже, не было до него никакого дела.

- Мне пора.

- Как, уже?

- Я хочу, чтобы нам принесли счёт.

Ва-банк. Сейчас или никогда?

- Мы можем снова увидеться?

Аглая смотрела на Петра почти ласково, с жалостью:

- Мне неинтересны новые знакомства.

- Почему? Ты почти меня не знаешь.

- У меня есть всё, что мне нужно, спасибо… Мне хватает людей. У меня есть близкие, есть любимые, есть друзья…

- Как насчёт приятелей? Я не претендую на…

- И даже приятелей я предпочту таких, чтобы были мне родными душами, - прервала она. – Пойми, я лучше проведу время с кем-то дорогим моему сердцу. Снова кого-то узнавать… пытаться собрать головоломку или пазл из обломков апельсина, киви и томатов… Я давно перестала искать новое. Мне больше никто не интересен.

- Глупые, детские страхи, - не удержался Пётр, но Аглая лишь покачала головой и улыбнулась:

- Слишком много различий убивают интерес к другому. Я уже нашла всех, кто мне был нужен…

Последнее предложение. Он должен постараться. Как, как до неё достучаться?

- Мы могли бы созваниваться время от времени. Мало ли… тебе может понадобиться спутник для похода в боулинг. Или в театр. В наше время стоит дорожить хорошими отношениями…

- Я понимаю, что по какой-то дикой причине вдруг стала тебе небезразлична. Но… нет.

- Нет, - подавленно повторил Пётр.

Такого сокрушительного провала у него не случалось со времён колледжа. Единственная двойка, которую он потом с блеском пересдал. А затем красный диплом, вуз с отличием, работа мечты…

Аглая сжалилась, и для него до конца жизни осталось загадкой, почему она вдруг произнесла:

- Ладно. Оставь мне свою визитку с номером… но я возьму её, только если ты пообещаешь мне ничего не ждать. Вообще.

Он пообещал.

 

Он умел ждать.

 

Прошло пятьдесят четыре дня (и Пётр даже самому себе не признался бы в том, что считает их).

Электронные часы показывали 4:54.

В кармане пиджака, небрежно сброшенного на подлокотник кресла, надрывался мобильный телефон. Номер был незнакомым.

- Пётр? Прости, что разбудила… Это Аглая. Мне правда очень, очень стыдно, но… Я сейчас еду из Москвы на поезде, мы подъезжаем через час… Мне вдруг стало так плохо, наверное, я чем-то отравилась. Еле сижу от слабости… Я уже обзвонила семерых, никто, представляешь, никто не сможет меня встретить… И я уже не смогу вызвать такси. Мне ужасно неловко было беспокоить тебя, но… Я вдруг подумала, что ты не откажешься мне помочь. Конечно, если…

- Какой вокзал? – спокойно прервал он её бессвязный монолог.

Он умел ждать.

Кажется, самое время произвести переоценку ценностей отдельно взятой самоуверенной девушки? Начало было положено.

 

Рассказ был опубликован в журнале "9 месяцев" № 4 от 10.03.2011

Ссылка на сайт журнала

Read 2007 times Last modified on Пятница, 12 Апрель 2013 12:15
You are here:   ГлавнаяРассказыПятьдесят четыре дня

Любое использование материалов возможно с обязательной ссылкой на сайт и указанием правообладателя.